Кошатины не напрудит,

Как Гришкина в своей квартире.

Ее неотразимый шарм

И Вечной Истиной взыскуем.

Лишь мы любя не плоть, а кость

По метафизике тоскуем.

Перевод В. Топорова

ШЕПОТКИ БЕССМЕРТИЯ

О смерти Вебстер размышлял,

И прозревал костяк сквозь кожу;

Безгубая из-под земли

Его звала к себе на ложе.

Он замечал, что не зрачок,

А лютик смотрит из глазницы,

Что вожделеющая мысль

К телам безжизненным стремится.

Таким же был, наверно, Донн,

Добравшийся до откровенья,

Что нет замен вне бытия

Объятью и проникновенью,

Он знал, как стонет костный мозг,

Как кости бьются в лихорадке;

Лишенным плоти не дано

Соединенья и разрядки.

. . . . . . . . . . . . . . . . .

Милашка Гришкина глаза

Подводит, чтобы быть глазастей;

Ее привольный бюст - намек

На пневматические страсти.

В лесу залегший ягуар

Манит бегущую мартышку

При помощи кошачьих чар;

У Тришкиной же свой домишко;

Волнообразный ягуар

В чащобе душной и трясинной

Разит кошатиной слабей,

Чем крошка Гришкина в гостиной.

Прообразы живых существ

Вкруг прелестей ее роятся;

А мы к истлевшим ребрам льнем,

Чтоб с метафизикой обняться.

Перевод А. Сергеева

ВОСКРЕСНАЯ ЗАУТРЕНЯ МИСТЕРА ЭЛИОТА

- Гляди, гляди, хозяин, сюда ползут два

церковных червя! {*}

{* Так в пьесе Марло "Мальтийский жид" слуга оповещает хозяина о приближении двух монахов. Непочтительное отношение к духовным особам вызвано подозрениями в их корыстности.}

Многочадолюбивые

Разносчики Духа Святого

Проплывают мимо окон.

В начале было Слово.

В начале было Слово.

Самозачатие ТО EN'a

Дало на перепутье веры

Расслабленного Оригена.

Умбрийской школы живописец